Увидел как невестка бегает в хлев к племенному быку. И решил за ней проследить — потерял дар речи…

Увидел как невестка бегает в хлев к племенному быку. И решил за ней проследить - потерял дар речи...

Никита Андреевич, фермер, занимающийся разведением крупного рогатого скота, едва подъехал к собственной ферме, как услышал крики своих работников. Скотник Фёдор выбежал к нему с вилами в руках и отбросил их в сторону.

— Андреевич, ты где взял этого зверюгу? Он же никого к себе не подпускает! К нему вообще подойти невозможно!

— Фёдор, ну ты что первый раз племенного быка видишь. — Махнул рукой Никита. — Как дети, честное слово…

— Да ты пойди сам и посмотри. Это же не бык, это монстр какой-то! Того и гляди, рогами брюхо вспорет. Нет, я за ним смотреть не собираюсь. Мне моя жизнь ещё дорога. Он уже второе стойло ломает… Василий хотел ему сено дать, так он так мотнул своими рогами, что тот в сторону отлетел, расшибся, чуть голову не разбил. Я его домой отпустил, может в больницу придётся идти.

Никита Андреевич нахмурился и вошёл в хлев, куда на днях привезли и поставили молодого племенного быка, лобастого и круторогого. Его хвалили как хорошего производителя, и Никита согласился на дорогую покупку, тем более что в его стаде не было нормального быка. Но если и дальше так пойдёт, как говорит Фёдор, придётся быка отправлять на бойню. Это ведь не дело, если за ним никто не сможет ухаживать. Жаль, конечно, терять такие деньги, но, видно, ничего не поделаешь. Никита Андреевич вошёл в хлев и замер от испуга, и восторга, когда увидел огромного зверя, раздувающего крупные ноздри.

— Ну и что ты тут устраиваешь? — Обратился к нему Никита Андреевич. — Всех работников мне распугал. Кто-то же должен тебя кормить, поить, чистить в конце концов.

Бык посмотрел на хозяина налитыми кровью глазами и оглушительно заревел, а потом дёрнул головой с такой силой, что чуть не порвал цепи, которыми был привязан. Никита Андреевич невольно отпрянул в сторону, а потом поспешил выйти из хлева.

— Не знаю, что делать. — Развел он руками, когда подошёл ближе к Фёдору, сидевшему на каком-то бревне.

— Я столько денег на него потратил, а теперь получается, что выбросил. Как его в стадо выпускать? Он ведь столько бед натворит.

— Вот и я тебе о том же говорю, — согласился Фёдор. — Ладно, давай посмотрим ещё несколько дней. Может быть, всё-таки привыкнет. А если нет, таки придётся отправлять его на бойню. А сейчас поеду, проведаю Василия, вдруг там что-то серьёзное.

Никита Андреевич, расстроенный случившимся, направился к машине и уже через минуту она, взревев двигателем, повернула в сторону села. Жена Василия встретила Никиту криками:

— Ну что же это такое?! А если бы я мужа лишилась, кто бы тогда помогал мне детей воспитывать?

Никита взглянул на Василия, без движения лежавшего на диване.

— Что с ним? — Спросил он у его жены. — Скорую вызывала?

— Да какая там скорая, напился он со страху. Сказал, что ваш бык чуть его не затоптал… Перепугался, бедолага.

Никита Андреевич тайком перевёл дух.

— Ну, Слава Богу, а я уж было подумал… На вот тебе, — он протянул жене Василия три тысячи, и она очень ловко спрятала их в карман фартука. — Подлечишь мужа, и завтра пусть выходит на работу…

— Конечно, конечно, — засуетилась довольная неожиданными деньгами женщина. — Обязательно придёт, Никита Андреевич, даже не сомневайтесь… С самого раннего утра погоню его, пусть только проспится…

Никита Андреевич усмехнулся и вышел из дома Василия, с удовольствием вдохнув свежий деревенский воздух. Вообще, сельским жителям он стал не так уж и давно, всего около семи лет назад. Просто однажды решил оставить многолюдный и суматошный город и поселиться в деревне, в доме, где когда—то жили родители его жены, Татьяны. В своё время они занимались фермерством, но, когда состарились, сил на это уже не осталось. И большое хозяйство пришло в запустение. Конечно, сама Татьяна даже не думала о том, чтобы снова возвращаться в деревню, где выросла. Ей нравилось удобная городская жизнь, но муж сумел переубедить её, хотя на это и ушло почти полгода.

В конце концов, супруги продали две квартиры, и все средства вложили в развитие хозяйства, остатки которого достались им от стариков. С особенным восторгом в сельскую жизнь окунулся сын Татьяны и Никиты, Артём. Ему в деревне нравилось всё: воздух, простор, речка, люди… А когда отец подарил Артёму овчаренка, мальчишка чуть с ума не сошёл от радости. С первого дня, Альф стал его верным другом и совсем не расставался со своим хозяином. Так и протекала их жизнь, год, за годом даря маленькие радости.

Артем вырос и стал во всем помощником своему отцу, даже не мечтая о другой судьбе. Единственное, чего хотелось Артему, так это встретить девушку, которая разделила бы его любовь к простой, незамысловатой жизни, наполненной трудом, покоем и простым семейным счастьем в кругу родных и близких.

— Где же ты такую сейчас найдёшь? — Качал головой Никита Андреевич, слушая рассуждения Артёма. — Сейчас все девушки мечтают о другой жизни. Им нравится проводить время в спа-салонах, отдыхать на курортах, развлекаться и ничего не делать.

— Нет, папа, мне такая не подойдёт. Я мечтаю встретить такую девушку как наша мама, красивую добрую и верную. Чтобы она пошла за мной куда угодно, вот как мама за тобой, сюда, в деревню. И вообще, разве тут плохо? Я просто обожаю наши семейные ужины на свежем воздухе. Это же так великолепно…

— Сынок, — улыбался Никита, — а может тебе всё-таки следует подумать о городе? Получить хорошую профессию и всё такое… Ты не забыл, что совсем скоро тебе идти в армию?

— Помню, папа. Да ты не переживай, я отслужу быстро и вернусь. Соскучиться не успеете…

— Успеем. — Вздыхала присутствующая при таких разговорах Татьяна. — И я, и папа, и твой Альф… Сынок, а может быть попробовать как-нибудь обойтись без этого? Всё—таки у нас остались связи…

— Конечно, можно, мама, — обнимал её Артём. — Только я после этого сам себя уважать не буду. Ты этого хочешь?

— Оставь его, Танюша, — качал головой Никита Андреевич. — Ты ведь знаешь нашего сына. Если ему что-то в голову попало, уже ничем оттуда не выбить. В кого только он такой упрямый?

— Действительно, — грустно вздыхала Татьяна, с лёгким упрёком глядя на мужа. — Вы же друг в друге как в зеркале отражаетесь. И по внешности одинаковые, и по характеру…

— Да, и я горжусь этим, — улыбался  отец, хлопая по плечу сына.

Но очень скоро ему пришлось по—настоящему столкнуться характером Артёма. И дома едва ли не разгорелась настоящая война. Однажды Артём пришёл домой и заявил, что хочет жениться.

— С ума сошёл! — всплеснула руками Татьяна. — Отец, нет, ты послушай, что он выдумал!

— В самом деле, Артём, что за шутки? — нахмурился Никита Андреевич.

— Я вовсе не собираюсь шутить, папа, — взгляд Артёма был серьёзным, и родители смутились, поняв, что он и в самом деле говорит всерьёз.

— Ну и кто твоя счастливая избранница? — насмешливо поинтересовался Никита Андреевич. — Насколько я помню, ты ни с кем не встречался. Все вечера проводил дома. Неужели нашёл любовь по интернету?

— Нет, папа. Я подобрал её на свалке, — вполне серьёзно проговорил Артём. — Помнишь, три дня назад ты просил меня вывезти мусор? Я сделал, как ты просил. И там нашёл девушку. Её зовут Ирина.

— Сынок, дорогой, я ничего не понимаю… — развела руками Татьяна. — Ты что в самом деле хочешь жениться на какой-то бомжихе? Что эта Ирина делала на свалке?

— Мама, ты не поверишь… Она там живёт уже две недели. В старом деревянном вагончике, который кто-то выбросил.

— Сколько ей лет? — Спросил Никита Андреевич.

— Она моя ровесница. Я старше её всего на несколько часов. Удивительно, правда? Оказалось, что мы родились в один день…

— Удивительно не это, — воскликнула Татьяна, — меня удивляет то безрассудство, на которое ты решился. Ты что, в самом деле, хочешь привести сюда это нищенку? Артём, одумайся! У неё, наверняка, где-то есть семья. И если она не хочет жить с ними, а может быть и они не хотят жить с ней, на это есть серьёзные причины. Ты узнавал, почему она бездомная?

— Да, мама, узнавал. Ира была совсем маленькой, когда умер её отец. Мать снова вышла замуж и прожила с новым мужем почти 7 лет. Он плохой человек и относился к Ире и ее маме отвратительно. Они были для него обыкновенной рабочей силой. Бесплатной прислугой. Ирине едва исполнилось четырнадцать, когда не стало её мамы. С тех самых пор Ира росла с отчимом и мачехой, которую он сразу же привёл в дом. Кстати, Иру они из дома выгнали. Она жила в тёплом сарае, где отчим оборудовал ей малюсенькую комнатку. Ира ухаживала за скотиной и птицей, работала в огороде, вообще выполняла всю грязную работу по дому. За это они кормили её, иногда покупали кое-что из одежды. Но, в основном, она носила только то что давали соседи. те, бывало, приносили ей обноски от своих детей.

— Слушай, всё это просто не может быть правдой, — отмахнулся Никита Андреевич. — На дворе XXI век и крепостное право давным—давно отменили. Если твоя Ира терпела такое отношение к себе и никуда не жаловалась, значит, она просто глупая. И говорить больше об этом не стоит. Ты со дня на день можешь получить повестку. Так что ни о какой свадьбе речи быть не может.

— Папа, я и не собираюсь устраивать какие-то особенные гуляния. Мы с Ирой просто распишемся. И она будет жить здесь.

— Нет, не будет. По крайней мере, в качестве твоей жены. Если хочешь, мы разрешим ей пожить здесь у нас. Но просто как квартирантке. Ты отслужишь, вернёшься домой и, если твоё мнение не поменяется, мы дадим согласие на ваш брак.

— Папа, мне не нужно ваше согласие. Я уже решил и сделаю по-своему. Этот дом принадлежит не только вам, но и мне. И Ирина сюда войдёт моей женой.

— Нет, не войдёт! — Никита Андреевич с силой ударил кулаком по столу. — Пока здесь я хозяин, и будет всё так, как я скажу!

Артём молча поднялся, подошёл к отцу и посмотрел ему прямо в глаза. Татьяна ахнула, увидев перед собой не мужа и сына, а двух взрослых мужчин, готовых к противостоянию друг с другом.

— Прекратите сейчас же! — Потребовала она, становясь между ними. — Артём, Никита! Давайте спокойно поговорим…

— Я уже всё сказал, — процедил сквозь зубы Никита Андреевич.

— Я тоже, — в тон ему ответил Артём. — И, если вам не нравится мой выбор, можете с этим только смириться. Иначе, вместо того, чтобы обрести дочь, вы потеряете сына.

В комнате была настолько напряжённая обстановка, что все трое не заметили, как в дверях появилась худенькая девичья фигурка. Только когда она заговорила, все повернулись к ней, удивлённые присутствием неожиданной гостьи.

— Артём, не надо так разговаривать с родителями, — попросила Ирина. — Они ведь меня совсем не знают и их страхи вполне понятны. Спасибо тебе за доброе отношение ко мне, но мы больше встречаться не можем.

— Мама, папа, познакомьтесь, это и есть та самая Ира, о которой я вам говорил.

Ошеломлённые родители смотрели на девушку и не произносили ни слова. Тогда Артём подошёл к ней и взял её за руку.

— Пойдём, Ириша. Раз уж нам с тобой здесь не рады, мы найдём место, где будем жить.

Он направился к порогу, но Татьяна бросилась к нему.

— Сынок, не надо…Не говори так… Я не хочу, чтобы ты уходил… Чтобы вы, уходили… — отчаявшаяся женщина посмотрела на мужа: — Никита, ну что же ты…

— Пусть делает что хочет, — махнул рукой Никита Андреевич. — В конце концов, это и в самом деле его жизнь…

Вскоре Никита и Ирина расписались. Никакой свадьбы не было, Татьяна просто накрыла праздничный стол, и они отметили это событие в кругу семьи. А ещё через несколько дней Артёма забрали в армию. И Ира осталась в доме Никиты и Татьяны дожидаться возвращения мужа. Татьяна хоть как-то пыталась мириться с присутствием невестки, впрочем, это было совсем несложно. Тихая, спокойная, трудолюбивая — Ира хваталась за любую работу. Она умела делать всё, только, как сама призналась, не научилась готовить.

— Меня никогда не пускали на кухню, — говорила она Татьяне. — Я всё больше по хозяйству работала. А когда мама была живая, я была ещё слишком маленькая, чтобы стоять у плиты.

— Это ничего, я тебя научу, если хочешь, — примирительно отвечала Татьяна.

— Очень хочу, — радовалась Ирина.

Когда Татьяна оставалась наедине с мужем, она рассказывал ему, не скрывая своего удивления:

— Знаешь, а мне эта девочка нравится. Она такая добрая и заботливая. И буквально всё умеет делать. Её даже просить не надо. Она сама всё видит. Я не успеваю подумать, что нужно подмести пол или вымыть посуду, а она уже делает это.

— Да я вижу, — отвечал Никита. — А меня поразило то, что Альф так легко признал её. Ты ведь знаешь, он никого к себе не подпускает, кроме Артёма. А к Ирине ластится, как будто это она его хозяйка.

— А знаешь, что я тебе ещё скажу, — доверительно прошептала мужу Татьяна. — Я тут недавно увидела, с каким аппетитом Ира ест солёные помидоры, и спросила у неё, не ждёт ли она ребёнка. А она так улыбнулась и призналась мне, что у неё с Артёмом ничего не было. Представляешь, они не спали вместе… Ну, точнее, между ними ничего не происходило.

— Почему? — Удивился Никита Андреевич. — Всё-таки они женаты, хотя это и произошло так нелепо.

— Вот и я ей задала этот же вопрос. Мне сказала, что они слишком мало знают друг друга и она ему ничего не позволила.

— Значит, замуж за малознакомого человека выходить можно? А всё остальное нельзя? — Никита Андреевич даже растерялся от такой информации.

— Ира сказала, что Артём просто пожалел её. Хотел обезопасить до своего возвращения. Понимаешь, на какой поступок он решился?

— Кажется, теперь понимаю, — кивнул Никита.

С того самого дня он стал относиться к Ире чуть мягче. Но история с быком снова поставила всё с ног на голову. Вернувшись с фермы домой, Андреевич рассказал жене и снохе о своём неудачном приобретении.

— И ведь бык такой, красавец… Сам весь шоколадного цвета, а голова белая, словно на неё коричневой краски не хватило. Его хозяин, дрянной человек, кстати, когда продавал мне, сказал, что бык немного дикий. А имя, какое—то глупое, Веня. Но он на него не отзывается… В общем, дал я скотникам несколько дней присмотреться к этому Вене. Если ничего не получится, отправлю на бойню.

Ирина внимательно слушала свёкра, но ничего не сказала. Только когда услышала про бойню, её глаза заблестели. Но ни Татьяна, ни Никита не обратили на это никакого внимания. Зато ночью, Никита Андреевич услышал, как тихонько хлопнула входная дверь, и удивлённый поднялся на постели. Татьяна спала рядом, значит, из дома могла выйти только Ирина.

— Вот тебе и умница, — подумал Никита и быстро оделся, решив узнать, куда это ночами бегает его сноха. — Неужели она завела себе кого—то на стороне? И теперь обманывает Артёма и его с Татьяной, днём притворяясь хорошей, а ночью показывая всю свою сущность.

Удивлению Никиты не было предела, когда он понял, что Ирина бежит на ферму. Неужели она связалась с его скотниками и ночами бегает к ним на свидание? Вот ведь позорище!

— Ну, ничего, сейчас я всё выясню и выведу негодницу на чистую воду! — тихо проговорил Никита и прибавил шагу, заметив, что Ирина уже скрылась в хлеву, где находился тот самый огромный бык, которого все боялись.

Разгневанный Никита Андреевич распахнул дверь и обомлел, увидев, что Ирина обнимает голову быка, прижимая ее к своей груди.

— Венечка, Веня! Дорогой мой, хороший! — Приговаривала девушка, скармливая зверю буханку хлеба, а он аккуратно брал куски с её ладони, фыркая от удовольствия.

— Что??? Что это такое? — Не выдержал Никита Андреевич и подошёл ближе к снохе и её любимцу.

— Никита Андреевич, миленький, это же мой Венечка! Это я назвала его так. Вы ведь купили его у моего отчима, правда? У Петра Валентиновича? В селе Порываевка?

— Да, только я не знал, что он твой отчим.

— Когда Зорька принесла Веню, он был совсем слабенький. И отчим приказал избавиться от него, зарезать и скормить собакам. А я не позволила. Умоляла, чтобы телёнка оставили мне. Не знаю почему, но отчим разрешил. Я выпаивала Веню с бутылочки, днями и ночами проводила с ним, заботилась, ухаживала. И вот, посмотрите, каким красавцем он вырос. А потом, когда меня отчим выгнал из дома, мне пришлось уйти и оставить моего питомца. Ну не могла же я взять его с собой. Веня скучал, никого не слушался и тогда, как я понимаю, отчим решил его продать. Сегодня я услышала ваш рассказ и сразу поняла, что речь идёт о моём быке. Вот и прибежала сюда удостовериться в этом.

Девушка вдруг повернулась и упала перед Никитой Андреевичем на колени.

— Пожалуйста, не отдавайте его на бойню. Он добрый и хороший, я сама буду ухаживать за ним…

— Этого ещё не хватало, — проворчал Никита Андреевич, поднимая сноху с колен. — Да не бойся, оставлю я твоего странного любимца. Только ты, пожалуйста, научи моих скотников, ухаживать за ним… Не могу же я в самом деле позволить, чтобы ты сама тут вилами махала… Достаточно будет, если ты будешь просто проведывать его…

Довольный бык шумно вдыхал воздух через огромные ноздри и ласкался к девушке как котёнок.

— Да, Ира, ты не перестаёшь меня удивлять, — покачал головой Никита Андреевич. — Слушай, а можно я поглажу его.

— Конечно, — засмеялась девушка. — Вы сразу поймёте, какой он ласковый…

— Надеюсь, — улыбнулся и Никита Андреевич.

Год службы пролетел незаметно, и Артем вернулся домой, где его ждала дружная семья. Когда первые восторги от встречи улеглись, Никита Андреевич отвел сына в сторону и сказал, обнимая его:

— Спасибо тебе, сынок, за такую сноху. Твоя Ира настоящее золото, и ты обязательно будешь с ней также счастлив, как и я с твоей мамой. Помнишь, я тебе рассказывал ту историю про быка? Конечно, Веня — странное приданное, но он и в самом деле озолотил нас. Коровы рожают от него таких крепких телят, что просто загляденье. Надеюсь, что внучат вы мне с Ириной подарите тоже таких здоровеньких и веселых, как Венино потомство.

— Даже не сомневайся в этом, папа! — Артем шутливо похлопал отца по плечу. — Я в грязь лицом не ударю.

Артем сдержал свое слово. И через год вся семья приехала к роддому, чтобы забрать оттуда Ирину и двух крепких, и здоровых сыновей-близнецов, которых она подарила своему любимому мужу. Артем был невероятно горд и счастлив, что родители разделяли его радость. Теперь они точно были уверены, что их мечта о большой и дружной семье сбылась.

Увидел как невестка бегает в хлев к племенному быку. И решил за ней проследить — потерял дар речи…
Йодная Сетка: Целебные Свойства Простых Линий
Йодная Сетка: Целебные Свойства Простых Линий